Вы не залогинены (ВОЙТИ)  ·  Регистрация
Авторизация
Регистрация

Новая тема    Ответить

Аватара пользователя




Много много лет в прошлое манился неизвестностью потаённой в отдалённых уголках глобуса. Едва ли в этом оригинальность, но для вступления нормально...
Короче интерес мой склонился к Алтаю. Много чего хорошего там, даже много нового узнал, о чём сочинялся. Теперь же хочу поделиться впечатлениями оставленными в сети не мной, а неким Алексеем об этом регионе. На меня они оказали воздействие, тоже, потому что, пусть и содержат элементы тотальной туризменности, но стандартны для всех экскурсов в абсолютную неизвестность:

- К алтайской реке Коксе мы приехали только к вечеру. Не спеша устроились - поставили палатки, развели костер и начали готовиться к сплаву. Меня спрашивают: "Ты грести умеешь?" -"Нет". -"Тогда будешь якорем - лодку чалить: в нужный момент, в нужном месте выпрыгивать из нее и привязывать к берегу." Мне эта задача показалась поначалу простой.
ДЕНЬ ПЕРВЫЙ. ПОПЛЫЛИ...
Река просто бешеная. За первый день мы проплыли по ней, наверное, километров 80. Решили лагерь ставить. Подгребаем к берегу: "Давай прыгай, чаль лодку." Я и прыгнул. Река вроде бы неглубокая - дно видно. И попадаю прямиком в омут, накрыло меня с головой. А при таком течении вовсе потерялся. "Ну все, думаю, тут мне и придет полный кулдык. Вот так сплавал - в первый же день утонул." Не знаю за что и ухватится. Так я получил первый опыт работы якорем.
ДЕНЬ ВТОРОЙ. НА ПЕРЕКАТАХ
На следующий день началось самое веселое. Река стала неимоверно бурной. Там, где в Коксу впадает Громотуха, творится просто неописуемое. Я это заметил издалека. "Ну все, - думаю, - хана!" Миша Скворцов говорит: "Высадите меня у того берега, я сниму, как вы через перекаты проходить будете." Ну, во второй раз я уже якорем сработал хорошо, высадил его. И началось... Буруны, каменюги огромные... Раз, один проскочили - лодка аж хрустнула. Второй... Каким-то неимоверным чудом лодка проходит меж двух камней - только-только вписывается между них...
Вскоре вошли в Катунь. Катунь - мощная, спокойная река. К вечеру добрались до Верхнего Уймона, а наутро были уже на маралятнике.
ДЕНЬ ТРЕТИЙ. ПАНТУЕМСЯ
90% Горно-Алтайской Республики существует за счет маральих пантов. Продают их в Корею, Гонконг - большей частью нелегально, - где из них уже готовят препараты. В маральих хозяйствах полный порядок и контроль, каждая пара пантов нумеруется. Как-то в одном из маралятников 9 пар работники украли - настоящее ЧП. Поскольку "потянула" эта пропажа на 30 тыс. бакинских.
ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ. "БЕЛОЧЕХИ" НА ПАСЕКЕ
На следующий день отправились к Валере, пасечнику - мы с ним познакомились еще в прошлом году. Мост через Мульту оказался разрушен, надо искать другую дорогу. Навстречу выходит дедушка такой, в плавочках и с бородой. Старик, как выяснилось позже, оказался рериховцем. "Дорогу не покажете?" "Нет, - говорит, - сам я дорогу не знаю, но там, на маралятнике, есть чехи, они у Валеры останавливались". Приезжаем, маралятник закрыт, а по ту сторону забора движутся две странные фигуры - двухметровый волосатый хиппейского вида детина в очечках, щетина по пояс, в разодранных шортах и майке, и девушка - маленькая, худенькая и тоже в очечках. "Вы чехи?" -"Чехи, чехи". -"К Валере дорогу знаете?" -"Знаем". -"Тогда лезьте сюда". -"Как?" -"Как - через сетку". Перелезли, познакомились. Его зовут Станислав, ее - Ванда, муж и жена.
Валера нам очень обрадовался. Он бывший рок-музыкант - играл в "Интеграле", "Калиновом мосте", бывший наркоман и алкоголик, человек без паспорта. Оказался как-то в Горном Алтае принял веру, стал пасечником. Но продолжает музицировать. Инструменты делает сам - дуды всякие, флейты, гусли. Сначала только для себя, а сейчас и на заказ. Когда мы у него были, он делал какой-то китайский инструмент - цинь, с одной струной.
Чехи оказались экологами. Они обитают на Алтае уже 8 месяцев. Их какой-то международный институт природы послал с миссией: на Алтае собираются создать своего рода резервацию. Народ и власти, конечно, против, поскольку, в соответствии с законом, в резервациях запрещена хозяйственная деятельность - никаких тебе маралятников, пастбищ, животноводства. Как хочешь, так и выживай. Поэтому в этих чехах все видели врагов. А раз враги, значит, ни жилья тебе, ни питания, ни содействия. Так они и жили эти 8 месяцев - бомжи бомжами.
Остались, потому что нравится им там очень - природа, люди. Валера их приютил, медом кормил. Ванда, которая совершенно не умела музицировать, теперь на гуслях играет народные чешские мелодии. Они, кстати, звучат совершенно в унисон с алтайской природой. И живут на полулегальном положении. Валера их предупреждает: "Сегодня ко мне должно приехать местное начальство". Они - раз, и в горы убегают. В августе у них заканчивается виза, так что они теперь как белочехи засели в горах Алтая.
Да что чехи... К Валере недавно американцы приезжали, записывали, его игру на этих самодельных инструментах. Это такая экологическая музыка на фоне птичьего пения, журчания реки, треньканья кузнечиков... Он подарил нам свою кассету, на ней написано: "Елунаков Хип". Елунаков - это название пасеки, "елунаковский лог". "Валера, скажи свою настоящую фамилию". -"Нет, я хоть тебя и уважаю, но все это в прошлом. Вот американские друзья назвали меня Хип, я паспорт буду выправлять и возьму себе эту фамилию, только на конце у меня будет твердый знак - "Хипъ".
Он живет на своей пасеке один, не женится. Спрашиваем, почему. Без любви, говорит, не хочу. Рассказывает: "С чехами вместе немка приехала - Герта. Она замужем, муж в Германии. Попросили меня баню затопить. Станислав с Вандой из парной выскочили и давай нагишом друг за дружкой бегать. Я Герте говорю: "Давай мы тоже разденемся и будем бегать". Она испугалась и чехам пожаловалась, что я к ней пристаю. А я и не приставал вовсе: раз люди бегают, то чего бы и нам не побегать? Тут вот Светка ко мне стала приходить из Мульты. Не отказывает мне, конечно, но это не любовь".
Впрочем, у него постоянно кто-то тусуется. Особенно сейчас, летом. Заехали к нему перед отъездом, а там "Тюменьнефтегазгеология" гуляет. Мужики пьяные, бараны висят, алтайки суетятся... Валера с крыши спускается, испуганный: "Отказать не могу - не по-божески это, но сил уже нет, как надоели". Спрятался от гостей на крыше.
Вера у него искренняя, хотя и без строгости. Выпить, например, может. В первый раз как к нему приехали, привезли с собой пива: "Валера, выпей". "Прости меня, Боже, нынче пост. Но я тебе, Господи, потом помолюсь!" Хрясь пива! 5 июня у него был день рождения. Так эти рериховцы и хиппи с окрестных гор собрались, весь запас медовухи выхлестали у него. Там же много подобных людей. Удивительно, как они друг друга находят?
ДЕНЬ ПЯТЫЙ. ВОСХОЖДЕНИЕ К СНЕГАМ
... Раненько утречком поехали на Мультинские озера. "Подъедем, потом 12 км пешком пройдем. Каких-то два часа - и мы там". Вот где "Кэмел-Трофи"! Дорога вся в колдобинах, местами размыта. Но дошли. Озеро, надо сказать, обалденное: огромная чаша, вода цвета морской волны, песочек... Вода холодная - температура всего градусов 10-12 выше нуля. Практически здесь же Среднемультинское озеро. Оно выше Нижнемультинского всего метров на 150. Следующее еще выше. Всего там семь озер. Когда смотришь с верхнего, ниже открывается целый каскад водяных чаш. Красота неописуемая. Над тобой нависают ледники, снега - классно!
ДЕНЬ ШЕСТОЙ. ПЕРЕКУР
Этот день провели на маралятнике, ели маралятину. Обычное мясо, только суховато немножко - ни жиринки.
ДЕНЬ СЕДЬМОЙ. БОЖЬИ ЛЮДИ
С утра поехали в Замульту, староверческую деревню. Познакомились там со старостой, Сергеем Александровичем. Тоже очень интересным типажом оказался. Муки совести его съедают: несколько лет назад он перешел из беспоповщины в поповщину. Беспоповцы - это вроде как баптисты в старообрядчестве. Службы у них ведет наставник, у них нет церкви - просто ходят из одной квартиры в другую, из дома в дом.
И Сергей Александрович перешел потому, что "раз нет священства, значит, нет таинства". Перешел, начал строить церковь. Сначала на свои деньги, потом к нему приверженцы стали подтягиваться. Церковь, конечно, отгрохали - дай боже: огромная, из кедра. Иконостас старинный - иконы еще с "тех" времен.
Хотя многое утрачено. К староверам мы ездили на машине. К самому поселку проехать не смогли - дорога непроходимая. Оставили машину без опаски - староверы ведь люди божьи, неворующие. Поговорили со старостой, возвращаемся - вся раскурочена. Замки на дверях выломали, багажник открыли, причем топором. Вот ведь - "староверы чужого не возьмут"!
Пекарня у староверов такая, какой сейчас уже нигде не встретишь. Там стоит настоящая русская печка. Спрашиваю: "Зачем вы хлеб печете, ведь в каждой избе есть свой?" "Для приезжих, для начальства". В магазине хлеб вообще не продают, а в пекарне делают 80 булок и он, конечно, изумительный: по каким-то своим рецептам, с травками. Булки - килограммовые!
Спивается народ, опять же. Как объяснял Сергей Александрович - работы, за которую платили бы, никакой. Живут лесом: ягоды, грибы, зверь, а денег нет. Хозяйство для них - не большая забота. Золотая пора начинается, когда заготовители приезжают мясо принимать. Тогда появляются деньги, и они начинают очухиваться - детей в школу снаряжать... А дети какие у них красивые! Не вырождается порода. Много молодежи в армии служит, и в Чечне тоже. Традиции блюдут только старики.
Зато на Алтае хватает адептов другой веры - рериховцев. Мы встретили в поселке интересную чету из Питера. С обычной сумкой, как паломники, лет по 35, с ребенком. Подходят, спрашивают: "Вы не знаете, где можно дом купить хороший?" Там доска объявлений есть: "Так вот же". -"Нет, это маленькие для нас". -"Вы откуда?" -"Из Питера". -"А тут зачем?" -"Квартиру свою продали, жить здесь хотим. Места тут святые, а мы поборники рериховской идеологии". Сумасшедшие! Сейчас, по-моему, не самое лучшее время искать Беловодье. Заниматься-то там нечем. Ну месяц экзотики, ну два, а потом? В двух поселках живет около 5 тысяч человек. В 4 маралятниках работает человек 40 плюс механизаторов еще человек 50. А все остальные - безработные. Это раньше там были и школы, и интернаты, и клубы. Нынче народ начинает деградировать.
ДЕНЬ ВОСЬМОЙ, ПРОЩАЛЬНЫЙ
Днем мы еще снимали, а вечером приехал к нам генеральный директор ООО "Инициатива", главный по всем этим маралятникам Сергей Ильич Огнев. Партийный человек, кандидат наук, почетный труженик сельского хозяйства - с 26 лет был председателем колхоза. А еще он... потомственный старовер. Его отец был старовером, в 60-е годы загремел в лагеря за веру. Его дед был старовером, его прадед. А по женской линии - нашла коса на камень: один из его дедов, Кайгородов, имел пять Георгиев - представляете, чего человек натворил? Но пошел воевать за Советскую власть. А у второго деда было три Георгия, и воевал он на стороне белых. Так они, родственнички, валтузили друг друга, пока большевик Кайгородов не вытеснил белогвардейца в Монголию. Там его разбил отряд Голещихина, а в Верхний Уймон в качестве сувенира прислали...


 

Аватара пользователя




Справка сумашедшего: )
Республика Алтай – центр народной, исторической, культурной действительности материка Евразия. Это великий в России природный оазис с девственной природой. Однако, путь к нему зачастую далек и пролегает почти через бесконечность. Тех, кто стремиться туда с корыстными целями неминуемо ожидает поражение. Открытым же ему сердцем воздастся награда – постижение самого себя. В сущности, это место лишь мечта запутавшегося в городских проблемах человека, мечта недосягаемая или опасная, праведная или беспощадная.

Ночью в горах даже летом холодно, а днем может светить палящее солнце, разогревая воздух до тридцатиградусной жары. Близкие на вид горы располагаются в многокилометровой дали, а пути и тропы сложны, по ним редко проходят легковые машины, и, тем более, автобусы. Лишь на основных крупных магистралях : ) мало-мальски организовано общественное движение. Люди там знают расписание каждого автобуса наизусть, ибо автобус для них – это что и верблюд по середине пустыни.

Население в целом приветливое и довольно мирное, готовое к взаимодействию, будь то коренные жители Алтая – алтайцы, или же русские. Жизнь обыденная, без напыщенности.

Встретить на Алтае москвича сложно, там нет теперь туристических сезонов и нет официального туризма, лишь некоторые, особые ценители, приезжают туда "дикарем" или в гости к родным или знакомым. Причем, встречаются люди как издалека, например, из Польши, так и из Алтайского края и близлежащих областей, в частности, мне встретились три женщины из Новосибирска, точнее две из Новосибирска, а третья с самого Алтая. Все они Ирины. Отсюда и вывод сделан был, что мир это наше сейчасное отражение. Мы обретаем в нем то, что представляем собой сами. Но не следует проводить подобных экспериментов и подолгу оставаться с неизвестной природой… Это второй вывод, сделанный от поездки.

Как и во всей Сибири, здесь множество переносчиков смертельных заболеваний, множество диких животных, множество отвесных скал, иной отчет времени (три часа вперед относительно московского) и прочих источников потенциальной опасности для одиночного и даже группового туризма. Поэтому, поездки в этот регион из Москвы сомнительны.

Все проведенное на Алтайском Крае время – две недели – меня сопровождал дождь, лишь переехав в Республику Алтай, изредка осчастливливали солнечные теплые дни. Но здесь также проливались дожди в сопровождении сильнейших гроз с молниями – гроздьями разрядов аж до самой обетованной… Холодно, сыро и зябко. Тогда я решил остановиться переждать непогоду в гостинице Горно-Алтайска, благо стоимость проживания повеселила + возможность прихлебнуть горячего супчика. То время получилось самое безобидное. За окном ливень, гроза, а я в тепле… в одной из уютных комнаток двухэтажного деревянно-брусочного дома, наполненного ароматами хвои (лишь с небольшой примесью запаха переездов водителей большегрузов, туристов и пр.). Стабильное тепло и днем и ночью, наличие мягкой подушки пришлись тогда очень кстати моему бессонному прошлому.

Да, не все дни моего пребывания были омрачены мокрой облачностью. Перекатив в республику Алтай, погода наоборот была весьма приветливая и теплая… даже немного жаркая. Температура на Солнце минимум 30 градусов, за плечами минимум 15 килограмм и предстояло еще идти и идти до ближайшей автобусной остановки. Холмистый петляющий путь, становясь серо-желтым и каменистым буд-то отдавал свои маленькие частицы прохладному ветру из долины выше, ветру стелящемуся по самому низу... Поднимаются клубы пыли и мчатся вдаль, по травянистым полям, к холмам и ручьям… Эта картина у меня и по сей день перед глазами, лишь увижу проезжающий по песчаной бугристой дороге автомобиль... Будто вновь оказываешься на Алтайской дороге в окружении буйства природы…

Вот опять остановка маршрутного транспорта, не очень милое расписание ЕГО движения, попутчица – молоденькая городская девочка, держащая путь в каникулы к бабушке в Мендур-Соккон – небольшую деревушку, прославившуюся музеем Рериха и философствующим Шадоевым Николаем. За остановкой на которой мы ждали автобуса бензозаправка. Водитель на уазике нас окликнул и пригласил на подброску. Мужик сам когда-то немного туристничал, и мой большой багаж освежил в его памяти воспоминания молодости. Холодно в горах… холодно, но мы спокойно к этому относились – поведал он. Конечно, если компания - есть кому сменять дежурства по поддержанию очага, то возможно и жизнь на морозе покажется раем. По пути нас окутывали ароматы бесчисленного множества цветов, количество и наполнение которыми окружающих лужаек шептало сказку. Удивился ещё множеству сусликов, разбегающихся едва завидя транспорт с асфальта по овражку и полям.

Добравшись до Усть-Коксы, я отправился к деревушке, уже не помню название, - это наверное Тюнгур или что-то еще возле речки Кокса (см фото). Там и заночевал... в Бане тургородка отдыхающих детей… детей лет эдак 25. Местный строитель рассказывал много о религии, о силе слова, переубеждении человека и о многом вообще, о чем точно не помню, помню лишь самоотверженность в рассказывании.

На следующий день я отправился к Мультинским озерам. Замечу, что местные жители – староверы подрабатывают на извозе туристов. Лошади попались мирные и я, в общем то, был доволен, что не отказался от помощи... На озерах частенько попадались туристы (местных жителей намного меньше). Туристы весьма и весьма разношорстные – это и молодая парочка из Польши, это и прибалты, это и жители Урала, Новосибирской области и пр. Да, в горах Алтая и впрямь оказалось весьма интерестно, но холодновато, особенно по ночам… Сибирь, черт возьми. Надежда на приют в чьем-либо свинарнике тоже здесь нереальна… Вся деятельность в тех лесных местах стремится к мараловодству – разведению оленей в больших лесных массивах и экспорту оленьих пантов за рубеж. На обратный 15-ти км-ый путь сил оставалось очень не много, но хорошо, что нам повстречались родственники одной Ирины – той, что местная - на запорожце, они ехали как раз нас спасать… и очень кстати. Итак… три Ирины, Олег с женой и ребенком + я – наша вся семья. И все в одном запорожце…! Вот уж не знал, что этот чудо-мобиль может так летать с трехсотней килограммов на борту. Правда, движок его под финиш буквально кипел. Ну, это не мои заботы… Я уж в другой бане, на столе творог – все такое женское какое-то… Невольно стал испытывать к этим трем уже в хорошем возрасте женщинам уважения чувства, если не сказать больше. В принципе, я их хорошо понимал, что устали от обыденности городской жизни (Новосибирск, (Барнаул)), устали от семейных хлопот, ожидая воплощения может быть чего-то юношеского, просто мечтали об отдыхе без всякой суеты, в тишине деревенской жизни… А тут еще я одичавший и обомжевший. Неудобно так и неловко мне стало с этими прелестными особами. Я не пренебрёг гостеприимством и не стал злоупотребить им: искупавшись в бане и пригубив пару ложек творожка уложился спать, а на следующее утро, поблагодарив хозяина, ушел к автобусной станции (благо подсказали, что у поворота существует таковая). Прошло уже лет 10 с тех пор, и мало помню былое, но то лето до сих пор будоражет мое сознание.


 

Новая тема    Ответить



 

cron
Мобильная версия

Контакты